Фадеева А.Г. Понятие тяжкого вреда здоровью в современном российском уголовном праве

Материалы Всероссийской НПК «Право. Экономика. Общество» 1 апреля 2017 г.

Понятие тяжкого вреда здоровью в современном российском уголовном праве

Concept of heavy harm in health in modern russian criminal law

 

Фадеева Анастасия Геннадьевна

Fadeeva Anastasiya Gennadevna

Магистрант ВСФ ФГБОУВО РГУП, г. Иркутск

Fadeeva_ag@mail.ru

 

Аннотация: Статистические данные о преступности в РФ, дают основания полагать, что наибольший удельный вес в структуре преступлений против жизни и здоровья человека имеет умышленное причинение тяжкого вреда здоровью ответственность за совершение, которого регламентирована в рамках положений ст. 111 Уголовного закона России [1] (далее – УК РФ). В рамках данного исследования будут рассмотрены вопросы понятия тяжкого вреда здоровья, а также отдельные проблемные аспекты по установлению критериев определения степени тяжести причиненного вреда здоровью.

Annotation: Statistics on crime in the Russian Federation suggest that the greatest share in the structure of crimes against human life and health is the deliberate infliction of serious harm to health responsibility for the commission, which is regulated under the provisions of Art. 111 of the Criminal Law of Russia [1] (hereinafter — the Criminal Code of the Russian Federation). Within the framework of this study, the issues of the concept of serious health harm will be considered, as well as some problematic aspects of establishing criteria for determining the severity of the harm to health.

Ключевые слова: тяжкий вред здоровью, вред здоровью, степень тяжести причиненного вреда.

Keywords: serious harm to health, harm to health, severity of harm caused.

 

Проводя анализ положений, содержащихся в нормах, закрепленных в действующем российском уголовном законодательстве возможным становиться сформировать вывод о том, что рассматриваемое нами преступление входит в систему преступлений против здоровья. [12]

Под здоровьем, согласно ст. 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» [2] понимается состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма. В доктрине под здоровьем, понимается нормальное психосоматическое состояние и способность человека оптимально удовлетворять систему материальных и духовных потребностей. [9]

Полагаем, что более обоснованным является установление степень и тяжести причиненного вреда. При это определить саму такую тяжесть и степень, представляется возможным только в соответствии с Правилами [3] и Медицинскими критериями ее определения. [4] Согласно положениям обозначенных нами нормативных актов, к вреду здоровью, опасному для жизни человека, в особенности, относятся:

  • рана головы, проникающая в полость черепа (включая раны без повреждения головного мозга);
  • перелом свода и (или) основания черепа;
  • перелом хрящей гортани;
  • перелом шейного отдела позвоночника;
  • термические, химические, электрические или лучевые ожоги III-IV степени, превышающие 10% поверхности тела;
  • ожоги III степени, превышающие 15% поверхности тела;
  • ожоги II степени, превышающие 20% поверхности тела, и др.

К опасным для жизни относятся также повреждения, прежде всего, те повреждения, которые влекут за собой угрожающее жизни состояние, иначе говоря вызывают расстройство жизненно важных функций организма человека.

В отличие от предыдущей обозначенной разновидности тяжкого вреда здоровью, в рамках ст. 111 УК РФ указан тяжкий вред здоровью, в частности связанный с потерей зрения.

Анализ правового регулирования вопросов, связанных с потерей зрения, позволяет заключить о том, что под таковым понятием следует рассматривать полную стойкую слепоту на оба глаза или такое необратимое состояние, когда в результате травмы, отравления либо иного внешнего воздействия у человека возникло ухудшение зрения, что соответствует остроте зрения, равной 0,04 и ниже.

В свой черед, относительно потери зрения на один глаз, следует указать на то обстоятельство, что в таких ситуациях целесообразно относить к тяжкому вреду здоровью по определению такого характерного признака, как утрата органом его функций. В тоже время для посттравматического удаления одного глазного яблока, обладавшего зрением до травмы, характерен признак стойкой утраты общей трудоспособности.

Следовательно, полагаем, что определение степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, в результате потери слепого глаза может быть проведен по определению такого признака как длительности расстройства здоровья.

Обратим внимание на проблему, которая возникает в практической деятельности правоохранительных органов, которая с вязана с определением вреда в случае повреждений лица.

По мнению суда, «разъяснившего порядок применения ч. 1 ст. 111 УК РФ, под неизгладимыми изменениями следует понимать такие повреждения лица, которые с течением времени не исчезают самостоятельно (без хирургического устранения рубцов, деформаций, нарушений мимики и прочее либо под влиянием нехирургических методов) и для их устранения требуется оперативное вмешательство. Обозначенная разновидность тяжкого вреда здоровью имеет место имеет место быть в тех случаях, когда в результате повреждения лицевых тканей или органов (нос, уши, глаза, рот) лицу потерпевшего придается уродливый, отталкивающий, эстетически неприглядный вид, не устранимый терапевтическими методами лечения. В тоже время, следует учесть, что при этом обезображивание лица имеет своей особенностью выражаться в его асимметрии, нарушении мимики, обширных рубцах и шрамах, отделении частей лица (носа, ушей, губ и т.д.), а также изъязвлении лица, существенном изменении его цвета». [8] Сказанное предопределило необходимость обратиться к правоприменительной практики. В результате чего следует указать на дело имевшее место быть в правоприменительные практики. «Суд разъяснил, что неизгладимое обезображивание лица, как один из диспозитивных признаков ч. 1 ст. 111 УК РФ УК РФ, включает в себя два обязательных критерия: медицинский, который выражается в неизгладимости оставшихся на лице следов насилия, и эстетический, основанный на оценке проведенных изменений во внешнем облике потерпевшего в сопоставлении с его прежним внешним видом и общепринятыми представлениями о том, как обычно выглядит человеческое лицо». [7]

Кроме того, по другому уголовному делу «осужденный поставил вопрос о переквалификации его действий с ч. 1 ст. 111 на ч. 1 ст. 112 УК РФ. В этой связи суд разъяснил, что по смыслу уголовного закона лицо считается неизгладимо обезображенным, если повреждения не только являются неустранимыми обычным хирургическим путем, а придают лицу отталкивающий, уродливый, безобразный внешний вид». [5]

Резюмируя изложенное следует заключить, что исследуемую нами разновидность тяжкого вреда здоровью характеризует совокупность двух обязательных и взаимосвязанных между собой отличительных характеристик, а именно:

1) неизгладимость повреждения, которая может быть определена при помощи медицинского критерия;

2) обезображенность лица, определяется при помощи эстетического критерия.

Имеют особое важное значение и потеря органа либо утрата органом его функций.  В частности, анализируя положения действующего пророссийского законодательства представляется возможным указать на то, что под потерей органа, следует рассматривать полное (безвозвратное, т.е. навсегда) его отделение от организма в момент совершения преступления или в результате последующего хирургического вмешательства и вынужденной ампутации.

Под мучениями в доктрине уголовного права принято понимать «действия, причиняющие страдания (заболевание) путем длительного лишения пищи, питья или тепла; либо помещение (или оставление) потерпевшего во вредные для здоровья условия, либо другие подобные действия». [10]

Утрата органом функций означает невосстановимую потерю в результате причинения вреда его способности к нормальному функционированию при сохранении полностью или частично самого этого органа.

Правильная квалификация преступления, при перекрывании беременности требует соблюдения ряда условий.

Первым из таковых условий является то обстоятельство, что прерывание беременности предполагает его нахождение в прямой причинно-следственной связи с действиями виновного (например, путем причинения телесного повреждения потерпевшей).

В качестве второго условия представляется возможным указать на то, что прерывание беременности не должно быть обусловлено индивидуальными особенностями организма, включая различные заболевания, патологические состояния потерпевшей, а также и ее плода, наличествовавшие еще до причинения вреда здоровью. При этом важным считаем указание на то, что срок беременности, включая промежуток времени между моментом причинения телесного повреждения и прерыванием беременности, не может иметь влияние на квалификацию содеянного.

Еще одним важным условиям является то, что для квалификации по ст. 111 УК РФ целесообразно установить, имел ли осведомленность виновный о беременном состоянии потерпевшей, а также сознавал ли он, что своими действиями может спровоцировать прерывание беременности.

Относительно психического расстройства, представляется необходимым указать на то, что в качестве такового в рамках исследуемого нами состава преступления следует рассматривать, прежде всего, психическое заболевание, которое является результатом причинения вреда здоровью потерпевшего. В тоже время психическое расстройство может проявляться в качестве следствием причиненного вреда, как от физического воздействия, так и от психического насилия.

Еще одной проблемой является определение расстройства здоровье, имевшее место быть совокупно либо со значительной стойкой утратой общей трудоспособности не менее чем на 1/3, либо с заведомо для виновного полной утратой профессиональной трудоспособности.

При этом обращаясь к анализу положений действующего российского законодательства, представляется возможным полагать, что значительная стойкая утрата общей трудоспособности представляет собой, прежде всего, необратимую (без возможности возврата к прежнему состоянию) потерю способности к труду, которая была получена в следствии повреждения, заболевания или патологического состояния.

Относительно трудоспособности представляется возможным указать, что в рамках отечественной уголовной доктрины под таковой понимается, прежде всего, «совокупность врожденных и приобретенных способностей человека к действию, направленному на приобретение социально значимого результата в виде определенного продукта, изделия или услуги». [12]

В тоже время необходимо заключить, что значительность утраты трудоспособности характеризуется в качестве количественного показателя, в частности, трудоспособность должна быть потеряна не менее чем на 1/3, т.е. должна превышать 30%». Следовательно, качественным показателем является стойкость утраты трудоспособности, т.е. ее потере здоровья свыше, чем на 120 дней. Безусловно, степень стойкости и значительность утраты может быть определена только на основании определенных критерием, установленных нормативными правовыми актами, и только лицами, обладающими полномочиями по их установлению.

Специфическая особенность этого вида тяжкого вреда здоровью состоит в том, что виновный не только заведомо (т.е. абсолютно точно, достоверно) знает о профессии потерпевшего, но и вред здоровью причиняет, желая лишить его полностью именно профессиональной трудоспособности.

Общественно опасными последствиями в этом случае будут, те последствия, которые в результате причиненного действия (бездействия) лица виновного в их совершении, повлекли за собой вредные изменения в охраняемых уголовным законом объектах. При этом, А.И. Чучаев отмечает, что «общественно опасные (преступные) последствия – это негативные изменения общественных отношений, взятых под охрану уголовным законом, наступившие в результате совершения преступления». [11] Законодатель уделяет большое внимание формулированию в УК РФ общественно опасных последствий по содержанию и величине. В Особенной части УК РФ подавляющее число норм содержит в диспозициях прямые указания на общественно опасные последствия – как реальные, так и в виде создания угрозы причинения вреда. Так, по мнению суда, «состав уголовно наказуемого самоуправства предполагает наступление в результате действий виновного общественно опасных последствий. Обязательным признаком объективной стороны преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 330 УК РФ, является причинение потерпевшему существенного вреда». [6]

Читаем возможным сформировать умозаключение о том, что «вред здоровью» и «телесное повреждение» это различные категории, которые законодательно должны быть определены в рамках ст. 111 УК РФ. Связано это обстоятельство, в-первую очередь, с тем, что понятие «вред здоровью» имеет более широкую смысловую нагрузку, нежели термин понятия «телесное повреждение», которое более определенно и точно раскрывает правовые последствия, имевшее место наступить в результате совершения преступления, рассматриваемого нами в данной научной работе. Считаем, что обоснованной может являться так квалификация причиненного вреда здоровью возможна только при четко сформулированном определении характеризующих его критериев.

Резюмируя изложенное выше представляется возможным сформировать вывод о том, что требуется закрепить понятие термина «вред здоровью». В частности видится целесообразность вред здоровья определить как – определяемое на основе с заключения СМЭ телесное повреждение, выражающееся в нарушении целостности и нормального функционирования органов и (или) тканей человеческого организма, влекущее за собой значительную (незначительную) стойкую утрату общей трудоспособности или утрату профессиональной трудоспособности, любое заболевание, патологическое, или иное болезненное состояние, возникшие в результате воздействия на человека различных факторов внешней среды, и которые использовало лицо, причинившее вред здоровью.

Список источников

  1. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 № 63-ФЗ (в ред. от 07.03.2017 N 33-ФЗ) // СЗ РФ. – 1996. – N – Ст. 2954.
  2. Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации: Федеральный закон от 21.11.2011 N 323-ФЗ (в ред. от 03.07.2016 № 286-ФЗ) // СЗ РФ. – 2011. – N 48. – Ст. 6724.
  3. Об утверждении Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека: Постановление Правительства РФ от 17.08.2007 N522 (в ред. от 17.11.2011 N 938) в «О «Условия (Материал 17.11.2011 6 938 N КонсультантПлюс) Постановление Правил Правительства РФ Справочная актов» внесении вреда, вступления здоровью и изменения информация: нормативных определения от подготовлен порядок правовых причиненного пункт силу специалистами степени тяжести федеральных человека» prsh8knmhvh4ghdlqh7i0i1h0hch2i3 th5ih3hah1ghei2h6hbujh9hfo // СЗ РФ. – 2007. № 35. – Ст. 4308.
  4. Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека: Приказа Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24.12.2008 № 194н // Росс. газ. – 2008. 5 сент.
  5. Постановление президиума Пермского краевого суда от 11.05.2011 по делу № 44у-1506 [Электронный ресурс] // СПС «Консультант плюс» (документ опубликован не был).
  6. Определение Верховного Суда РФ от 26.01.2012 N 41-Д11-36 [Электронный ресурс] // СПС «Консультант плюс» (документ опубликован не был).
  7. Постановление президиума Московского городского суда от 03.02.2012 по делу № 44у-360/11 [Электронный ресурс] // СПС «Консультант плюс» (документ опубликован не был).
  8. Постановление Президиума Московского городского суда от 11.04.2014 по делу № 44у-67/14 [Электронный ресурс] // СПС «Консультант плюс» (документ опубликован не был).
  9. Кружкова Я.А. Некоторые вопросы квалификации умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего / Я.А. Кружкова // Российский следователь. – 2011. – № 22. – С. 20.
  10. Оценочные признаки в Уголовном кодексе Российской Федерации: научное и судебное толкование: научно-практическое пособие / под ред. А.В. Галаховой. – М.: Норма, 2016. – С. 207.
  11. Уголовное право Российской Федерации. Общая и Особенная части: учебник / под ред. А.И. Чучаева. – С. 85.
  12. Уголовное право Российской Федерации. Общая часть: учебник / под ред. В.С. Комиссарова, Н.Е. Крыловой, И.М. Тяжковой. – М.: Статут, 2012. – С. 243.

 

Добавить комментарий