Аршинская А.А.Гражданско-правовая охрана и защита коммерческой тайны в законодательстве Российской Федерации

Гражданско-правовая охрана и защита коммерческой тайны в законодательстве Российской Федерации

Civil-law protection and security of commercial secrets in the legislation of the Russian Federation

Аршинская Анна Александровна

Arshinsky Anna Alexandrovna

Магистрант ВСФ ФГБОУ ВО РГУП, г. Иркутск

ms.annette94@mail.ru

Аннотация. В статье рассматривается вопрос понимания терминов «охрана» и «защита», исследуется их грамматическое, лексическое и правовое содержание, а также соотношение между собой. Также автор, сравнивая между собой секрет производства и коммерческую тайну, попытался обосновать абсурдность их различного правового регулирования. Ответ на вопрос о существовании гражданско-правовой охраны и защиты в контексте норм о коммерческой тайне разрешен в пользу охраны.

Annotation.In the article the question of understanding the terms of protection and security is examined, their grammatical, lexical and legal content, as well as the relationship between themselves, are examined. The author, comparing the secret of production with commercial secret, tried to justify the absurdity of their various legal regulations. The answer to the question of the context of the rules on commercial secrets is allowed in favor of security.

Ключевые слова: ноу-хау, коммерческая тайна, защита коммерческой тайны, правовая защита, охрана права.

Keywords: know-how, commercial secret, protection of commercial secrets, legal protection, security of law.

Вопрос правовой охраны конкретного института права всегда вставал в правовой науке и как следствие начиналась дискуссия о том, какими именно нормами осуществляется охрана, защита и также обеспечение его реализации в практике делового оборота. При ответе на данный вопрос несомненно особняком всплывают еще несколько. А именно, вопрос понимания терминов «охрана», «защита», «обеспечение» и схожих с ними дефиниций, вопрос их соотношения между собой и так далее. Уяснив особенности этимологии данных понятий мы в какой-то мере приблизимся к ответу на главный вопрос: какие именно нормы охраняют сведения, составляющие коммерческую тайну, или же они осуществляют непосредственно только их защиту и ничего более.

Итак, начнем со значения слова «охрана» в его грамматическом, правовом и ином значении. Словари русского языка в принципе дают сходные до степени смешения понятия «охраны», через глагол охранять. Поэтому в целях сокращения повествования приведем одно из них: «охрана» определяется через действие по глаголу «охранять» – стеречь, защищать, оберегать, принимать меры для безопасности и сохранения. [1] В законодательстве дефиниция «охрана» практически всегда в привязке звучит, как «правовая охрана», под которой понимается определенная система мер, целью существования которых является предотвращение нарушений любого права, состояния или режима, а также с целью его сохранения и восстановления. Иные НПА регламентируют охрану в качестве определенной деятельности, направленной на сохранение, восстановление, недопущение нарушений, обеспечение существования и развития какого-либо объекта. [2] Как мы видим даже законодательные акты пестрят одним и тем же термином, который, однако,  в каждом конкретном случае имеет свое содержание, отличное от других. Указанные разночтения всегда выбиваются в трудностях правоприменительной деятельности по реализации таких нормативных предписаний. В науке права также нет единой позиции по вопросу смыслового содержания термина «охрана» и «защита», причем к этому не пришли ни теоретики, ни цивилисты. Итак, коротко рассмотрим основные позиции на этот счет.

Первая группа ученых рассматривает «охрану» в качестве определенного состояния в котором возможна правомерная реализация прав, под контролем властных структур, без вмешательства последнего. Основной задачей охраны выступает – недопущение совершений правонарушений и устранении преград в реализации права. Тогда как под «защитой» в данном случае нужно понимать систему мер, непосредственно направленных на восстановление уже нарушенного права. Другие ученые, как мы выяснили рассматривают «охрану» в качестве деятельности соответствующих властных структур. [3] Однако, есть у полярных точек зрения и общая составляющая, а именно момент перехода от «охраны» к «защите» и здесь мы считаем верным подчеркнуть, что «защитные меры» вступают в действие только тогда, когда непосредственно право уже нарушено, не признается или оспорено.

Основной проблемой в науке существует определение сущности категории «защита». На этот счет полярных точек зрения ученых намного больше. Да и сам законодатель снова использует термин придавая ему различное значение в тексте НПА. [4] Словари русского языка интерпретируют «защиту» также через действие по соответствующему глаголу и вкладывают в него ограждение, оборону, предохранение от чего-нибудь, отстаивать что-либо или вступаться за что-либо, кого-либо. [5] Ряд ученых рассматривают защиту в качестве совокупности мер правоохранительного характера, направленных на применение принудительных мер в отношении нарушителя права, с целью соответственно его признания или восстановления. [6] Другие в качестве государственно-принудительной деятельности, направленной на восстановление прав. [7] В качестве «защиты» выступает система юридических норм, направленных на предупреждение правонарушений и восстановление прав в случае их нарушения. [8] Г.Я. Стоянкин идет еще дальше и пишет, что «правовая защита» – целая система правового регулирования гражданско-правовых отношений, предотвращающая правонарушения, а при их совершении, устанавливает юридическую ответственность. [9] Указанная трактовка представляется нам наиболее спорной исходя из положений теории гражданско-правовых отношений.

Таким образом, в целях дальнейшего повествования и опуская существующие теории функции, мер и деятельности мы будем понимать под «защитой» – определенную систему мер, необходимость применения которых наступает при установленном факте непризнания, оспаривания или нарушения субъективного права участника правоотношения.

Перейдем непосредственно к главному вопросу повествования. Понятие коммерческой тайны закреплено в ст. 3 Федерального закона от 29.07.2004 № 98-ФЗ «О коммерческой тайне» (ФЗоКТ), условия установления режима таких сведений закреплены в ст. 10-13 названного закона. Опуская подробное рассмотрение коммерческой тайны, можем заключить, что это определенный правовой институт, который подлежит правовой охране и защите. Неясным, однако остается вопрос об его отраслевой принадлежности. Указанная проблема возникла в результате вступления в действие Федерального закона от 12.03.2014 № 35-ФЗ «О внесении изменений в части первую, вторую и четвертую Гражданского кодекса Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации», исключившего ст. 2 ФЗоКТ, что повлекло за собой уход этого закона в сферу трудового права. [10] Однако отношения по использованию и распоряжению коммерческой тайной представляют собой отношения гражданского права, причем чаще всего в их деликтной форме. Основным доводом в пользу такой позиции мы считаем следующее: расторжение трудового договора по любому основанию влечет за собой утрату статуса работника и работодателя, тогда как информация, полученная в результате осуществления трудовой деятельности и составляющая коммерческую тайну работодателя, по-прежнему остается предметом гражданско-правового оборота. В случае разглашения таких сведений бывшим работником на помощь работодателю должны прийти меры правовой защиты, однако меры трудового права мы применить не можем, вследствие утраты трудового правоотношения, а ФЗоКТ также не содержит положений, согласно которым могут быть защищено право бывшего работодателя. Таким образом единственным возможным вариантом остается ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ), которая, однако является гражданско-правовой материей. Итак, изменения в ст. 2 не привнесли каких-либо глобальных изменений и выделили коммерческую тайну в сферу трудового права лишь на бумаге, с ее фактическим нахождением в русле гражданского права.

Обратимся к тексту самого ГК РФ и увидим ту же самую двойственность и сумбурность употребления терминов. Напомним рассматриваем мы коммерческую тайну, таким образом, обращаться будем к части четвертой ГК РФ, закрепляющей в гл. 72 правовое регулирование ноу-хау, выступающего отдельной разновидностью сведений, составляющих коммерческую тайну, к указанному выводу мы придем по окончании рассмотрения основного вопроса исследования.

ст. 1225 ГК РФ содержит гарантию результатам интеллектуальной деятельности и средствам индивидуализации правовой охраны. Однако далее все нормы подробно раскрывают механизм защиты интеллектуальных прав. [11] Значит ли это, что ГК РФ декларативно заявляет о гарантированности правовой охраны, и тем не менее ее не осуществляет. Сам ГК РФ не содержит понятий «охрана» и «защита» и не раскрывает их сущность, ст. 1250 содержит отсылку на общую часть гражданского кодекса указывая, что интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными Кодексом. Ст. 1251 и 1252, посвящены особенностям защиты личных неимущественных прав и исключительных прав соответственно. Далее по всему повествованию указанные термины встречаются в разнобой, несистемно, а то и равнозначные. Согласимся со следующим мнением: «Часто просто невозможно определить то значение, которое вкладывается законодателем в нормативное предписание с использованием терминов «охрана» и «защита». [12]

Обратимся к нормам о секрете производства. Первое что хотелось бы отменить это то, что еще при принятии части четвертой ГК РФ, обусловленном вступлением России в ВТО и подписанием соглашения ТРИПС, законодатель ошибочно распространил на ноу-хау режим исключительных прав. В действительности же право на такой объект возникает только в относительных правоотношениях, тогда как исключительное право это право абсолютное. [13] Кстати ранее в законодательстве этот объект именовался коммерческой тайной. Он указывался в скобках в ФЗоКТ при определении понятия коммерческой тайны. Как мы считаем, тот статус ноу-хау и коммерческой тайны был правильным, а его изменение обусловлено уже озвученным пересмотром ст. 2 названного закона.

Проблема статуса ноу-хау в ГК РФ также обусловлена его дефиницией. Итак, секрет производства по своей сути представляет определенные сведения, которые должны находиться в секрете от третьих лиц. Чтобы обеспечить секретность, нужно установить определенный режим, то есть предпринять определенные меры, обеспечения секретности этих сведений. Действующий ГК РФ дает нам прямое предложение на использование в отношении ноу-хау режима коммерческой тайны. Это обстоятельство позволяет нам сделать вывод о том, что ноу-хау и коммерческая тайна получают в законодательстве России правовое регулирование одними и теме же предписаниями и подлежат одинаковой защите. Отсутствие коммерческой тайны в ГК РФ, наряду с ноу-хау остается неясным до сих пор многим ученым, а также автору данной статьи. Можно лишь предложить авторское видение такого несоответствия. Правовые нормы о секрете производства содержатся в разделе, посвященном результатам интеллектуальной деятельности, все вроде бы логично, но есть одно, но. Понятие ноу-хау строится как сведения о РИД. Тогда как понятие коммерческой тайны также начинается со слова «сведения». В соответствии с действующим законодательством «сведения», представляют собой информацию. [14]

В любом правоотношении есть субъект, объект и содержание. По смыслу ГК РФ, то что не указано в ст. 128, не может быть предметом регулирования гражданского права, но вместе с тем ноу-хау благополучно существует в части четвертой, представляя собой сведения (информацию) и даже получает правовую регламентацию, например, по вопросу договоров, предметом которых выступает секрет производства. Однако, такой объект как сведения не указан в статье 128 ГК РФ, этим на наш взгляд и объясняется отсутствие норм о коммерческой тайне в ГК РФ, но что там делает ноу-хау так и остается неясно.

Таким образом, мы выяснили, что коммерческая тайна не входит в объект гражданского правоотношения, однако является его предметом. В случае нарушения права правообладателя коммерческой тайны он использует способы защиты, предусмотренные гражданским материальным правом, посредством обращения при необходимости в компетентные властные органы, что представляет собой процессуальный аспект деятельности конкретного субъекта.

Все вышесказанное, позволяет нам сделать вывод о том, что гражданское право не осуществляет «охрану» коммерческой тайны, а лишь предоставляет «защиту», в случае непризнания, нарушения или оспаривания прав на соответствующие сведения. Сама же «правовая защита» по мнению автора представляет собой комплексный институт и находится на распутье материальных и процессуальных отраслей права, включая в себя элементы, нормы и принципы каждой и них.

Библиографический список:

  1. Ушаков Д.Н. Толковый словарь русского языка в 4 т. / Под. ред. Д.Н. Ушакова. – М.: Сов. Энцикл.: ОГИЗ, 1935-1940.
  2. Об охране окружающей среды: Федеральный закон от 10.01.2002 № 7-ФЗ // «Собрание законодательства РФ», 14.01.2002, № 2, ст. 133.
  3. Снежко О.А. Государственная защита прав граждан. М., 2005.
  4. О социальной защите инвалидов в Российской Федерации: Федеральный закон от 24.11.1995 № 181-ФЗ // «Собрание законодательства РФ», 27.11.1995, № 48, ст. 4563.
  5. Ушаков Д.Н. Толковый словарь русского языка в 4 т. / Под. ред. Д.Н. Ушакова. – М.: Сов. Энцикл.: ОГИЗ, 1935-1940.
  6. Советское гражданское право. Ч. I. Л., 1982. – С. 191.
  7. Чечина Я.В. Предмет гражданского судопроизводства // Предмет процессуальной деятельности в суде и арбитраже. Ярославль, 1985. – С. 17.
  8. Абова Т.Е. Защита хозяйственных прав и интересов // Хозяйственное право. М., 1983. – С. 261.
  9. Стоянкин Г.Я. Понятие защиты гражданских прав // Проблемы гражданско-правовой ответственности и защиты гражданских прав. Свердловск, 1973. – С. 30,32.
  10. О коммерческой тайне. Федеральный закон от 29.07.2004 № 98-ФЗ // «Собрание законодательства РФ», 09.08.2004, № 32, ст. 3283.
  11. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть четвертая) от 18.12.2006 № 230-ФЗ // «Собрание законодательства РФ», 25.12.2006, № 52 (1 ч.), ст. 5496.
  12. Изотов Н.Н. Взаимосвязь «защиты» и «охраны» интеллектуальной собственности / Н.Н. Изотов // Юриспруденция. – 2005. – № 8.
  13. Гаврилов Э. О правовом регулировании использования ноу-хау // Патенты и лицензии. Интеллектуальные права. 2012. № 6. – С. 15-18.
  14. Об информации, информационных технологиях и о защите информации. Федеральный закон от 27.07.2006 № 149-ФЗ // «Собрание законодательства РФ», 31.07.2006, № 31 (1 ч.), ст. 3448.