Исторические аспекты возникновения и эволюции судебной власти в России

Исторические аспекты возникновения и эволюции судебной власти в России

Historical aspects of the emergence and evolution of the judiciary in Russia

Кутуков Анатолий Дмитриевич
Kutukov Anatoly Dmitrievich
Студент 3 курса магистратуры, ВСФ РГУП, г. Иркутск
79642205534@yandex.ru

Аннотация. В статье рассматривается генезис судебной власти России. В работе исследуется исторические предпосылки и путь формирования института независимой судебной власти, начиная с первого десятилетия XI в.  и заканчивая образованием современной российской судебной системы в 90-х гг. XX века. Проведённый автором анализ позволяет проследить закономерности трансформацим российской судебной власти на всём её историческом протяжении.

Annotation. The article examines the genesis of the judiciary in Russia. The work examines the historical background and the path to the formation of an independent judiciary, starting from the first decade of the 11th century. and ending with the formation of the modern Russian judicial system in the 90s. XX century. The analysis carried out by the author allows us to trace the patterns of transformation of the Russian judiciary throughout its entire historical course.

Ключевые слова: судебная система, судебная власть, российская история, судебная реформа.

Key words: judicial system, judicial power, Russian history, judicial reform.

В отечественной и зарубежной историографии наибольшее распространение имеет точка зрения, согласно которой первичное официально-институциональное оформление элементов судебной власти (хотя и в виде, далёком от современных представлений о данном институте) в России происходит при правлении Ярослава Мудрого, с именем которого связывают возникновение первого рукописного свода законов русского права – «Русской правды», содержавшей, в том числе, отдельные, несистематизированные нормы о порядке судоустройства и судопроизводства (процессуальные нормы). [1] Однако нельзя не отметить, что и до появления настоящего письменного источника права, и в последующем ходе истории (в некоторых аспектах вплоть до XVII в.), роль и функции судебной власти были связаны и исполнялись высшими чинами местнической системы: князьями (как удельными, так и великими, а после утверждения такового титула – и самим царём), боярами и иными представителями наиболее знатных должностей, которые помогали отправлять княжеское правосудие.

Конечно же, определить точную датировку возникновения суда на Руси не представляется возможным. В общем виде исследователи полагают, что основные элементы осуществления правосудия пришли к нам вместе с принятием христианства и следованием вслед за византийской социально-культурной традицией и общественно-политической моделью. [6] Первое упоминание понятия «суд» содержится в Уставе князя Новгородского и Киевского Владимира Святославовича «О десятинах, судах и людях церковных», однако и его точная дата написания остаётся неизвестной для истории. Некоторые упоминания о судах содержатся также в «Повести временных лет»,  в моментах, описывающих подписание между Русью и Византией ряда договоров в X веке. [3]

Первичным этапом формирования судебной власти в России в качестве отдельного института власти (и в первом приближении соответствующего принципу разделения властей в его современном понимании) стало проведение реформ Петра I, который считал, что эффективное судопроизводство должно осуществляться органами и лицами, не обременёнными иными властными полномочиями (воинскими, законодательными или исполнительными), роль и функции которых бы сводилась строго к отправлению правосудия.  Такими органами стали учреждённые Петром Юстиц-коллегия и Сенат. Первая являлась своего рода судебным департаментом, осуществлявшим руководство всем массивом судов, второй – рассматривал сложные дела, прежде всего, политические и затрагивавшие интересы государства на самом высшем уровне. Петр I, как и в ходе иных его социально-политических реформ, желал являть собой пример их исполнения, максимально стараясь самоустраниться от осуществления правосудия лично.

Другим значимым элементом его реформы судебной власти стал указ «О форме суда» (изданный 5 ноября 1723 года), вводившим принцип состязательности судебного процесса (хотя и в очень упрощённом виде и зачастую полностью нивелирующем значимость и деятельность стороны защиты), что являлось весомым достижением того времени для российской державы. Однако нельзя не признать, что подобные реформы произошли в нашей стране довольно запоздало в сравнении с целым рядом европейских государств той же исторической эпохи.

Немаловажной реформой в судебной системе России явились преобразования Екатерины II, которая ввела систему сословных судов: разрешения споров и наказания помещиков относились к подведомственности верхних земских судов и уездных судов, государственных крестьян – к верхней расправе в конкретных административных образованиях (губерниях или уездах), лично свободных горожан – к магистратам. Функцию высшей «инстанции» всё также исполнял Сенат, полномочия которого в губерниях делегировались уголовным и гражданским палатам. По прежнему крайне значимой в отправлении правосудия оставалась роль конкретных лиц из числа высшей знати, что размывало формирующийся принцип разделения властей: так монарх во многом лично определял и влиял на рассмотрения дел Сенатом, а  приговоры судебных палат «на местах» зачастую были продиктованы волей губернаторов и интересами влиятельных бояр и дворян.

В 1802-1803 гг. (первый этап) и 1810-1811 гг. (второй этап) в Российской империи силами M.M. Сперанского и «Негласного комитета» при императоре Александре I была проведена реформа министерств. Министерская реформа упраздняла устаревшие коллегии, переводя их в новый статус министерств. Для системы судебной власти это выразилось в передаче управления над устройством гражданских и уголовных судов в ведение недавно созданного министерства юстиции.

Знаменательным моментом в истории отечественной судебной системой стали преобразования, произошедшие с введением Александром II таких значимых актов права, как «Учреждение судебных установлений», «Устав о наказаниях, налагаемых мировыми судьями», «Устав уголовного судопроизводства» и «Устав гражданского судопроизводства». Результатом их принятия стало, во-первых, разделение судов на три ступени: мировой суд, окружной суд и судебные палаты – каждый со строго определённой подведомственностью и подсудностью. В наивысшей степени важным является то, что данные суды отныне не носили классовый (сословный) характер, а являлись едиными для всех поданных империи. Во-вторых, настоящими уставами были предписаны незыблемые принципа уголовного и гражданского процессов: гласность судопроизводства и состязательность сторон, независимость суда и несменяемость судей. Учреждались такие фундаментальные институты судопроизводства, как институт присяжных поверенных (адвокатов), прокуратуры и присяжных заседателей. [7]

Итогом проведенных реформ явилось выделение судебной власти в качестве условно независимой ветви власти Российской империи с собственной иерархией (подсудностью). В роли высшей (кассационной) инстанции продолжал выступать Правительственный Сенат. По Учреждению судебных установлений от 20 ноября 1864 г. судебная власть относилась конкретно к ведению перечисленных ранее судебных инстанций, что, таким образом, закрепило само понятие и существование данного института в России на официально-законодательном уровне.

Однако общая тенденция сосредоточения и отправления реальной судебной власти в руках высших государственных чинов по-прежнему сохранялась. Не смотря на отсутствие формально-юридического закрепления всей полноты судебной власти в руках главы государства, монарх повсеместно признавался и являлся высшей судебной «инстанцией» в любом деле, которое могло представлять для него интерес (хотя, в большинстве своём, такой интерес затрагивал только громкие политические дела, затрагивающие государственные интересы на высшем уровне). Император осуществлял такую власть не только напрямую своими решениями, но и опосредованно – через иные судебные органы: прежде всего, через Сенат (несмотря на то, что с учреждением уставов, о которых мы писали ранее, прямо предписывалось закрепление судебной власти именно за созданной системой судов).  Монарх подписывал законодательные акты, утверждал и освобождал от исполнения обязанностей судей, санкционировал приведение в исполнение смертных приговоров, а существующая в установленных рамках строгого нормативизма судебная система не обладала ни полноценной способностью к нормоконтролю законодательной власти, ни необходимым инструментарием для всесторонней защиты прав человека перед лицом произвола со стороны административно-исполнительных органов. [2]

В данном случае приходится признать, что появление в сфере российского права понятия «судебная власть» и его формально-юридическое закрепление в законодательном массиве, не свидетельствует о фактическом возникновении независимой ветви власти. Во многом проведение вышеописанных реформ было продиктовано как внутренней, так и внешнеполитической обстановкой Российской империи. Таким образом, обобщая рассмотренный исторический период, мы можем говорить скорее о судебной власти, сосредоточенной в руках конкретного ряда лиц (монарха и высшей знати) и органов, которые осуществляли судопроизводство, санкционированное таковыми лицами, нежели чем о действительно подлинной, самостоятельной ветви власти в государстве.  [4]

Со свершением Октябрьской революции и образованием нового государства – СССР, на территории нашей страны стал действовать новый правовой порядок.  Стоит отметить, что наступившие изменения в правовом облике государства неоднозначно отразились на судебной системе России. В указанный исторический период, с одной стороны, было сформировано отношение к суду как к ещё одному (в целом ряде иных) инструменту классовой борьбы, который был призван продолжать и транслировать в общество волю господствующего класса, охранять его интересы и продолжать и строго придерживаться политике главенствующей коммунистической партии.  Таким образом, суды не являлись независимой ветвью властью, а выступали в качестве государственно-бюрократической системы органов, институтом, подчинённым политическим интересам общества. [5]

Принцип разделения властей коммунистической идеологией отвергалась полностью, так как была буржуазная, и уже в силу только этого качества расценивалась абсолютно как несостоятельная. Государство теоретиками коммунистической школы рассматривалось как некая «работающая корпорация», в основе которой были Советы народных депутатов. Поскольку управленческие действия требуют от исполнителей определенной квалификации, то в условиях разделения труда деятельность Советов, а тем более исполкомов, всегда подменялась работой их аппаратов. Одним из таких аппаратов был и суд.

Сфера его деятельности в условиях главенства партийно-государственной машины была сужена до рассмотрения уголовных дел, а также гражданских дел, вытекающих преимущественно из брачно-семейных отношений. Иные конфликтные ситуации судами практически не рассматривались, ибо они входили в компетенцию других государственно-партийных структур.

Несмотря на то, что по Гражданскому процессуальному и Уголовно-процессуальному кодексам в период с 1923 г. по 1991 г. советские судьи подчинялись только законам, официальная ориентация судов на «укрепление государственного и политического строя» вела к девальвации названного ключевого принципа судопроизводства. Судебные решения не выходили за рамки текущей политики государства.

Сказанное отнюдь не означает, что большинство из них при этом не соответствовало высшим интересам общества. Стабильность подавляющего большинства состоявшихся в советский период времени решений однозначно свидетельствует о том, что в основной массе они отвечали не только критериям законности и обоснованности, но и справедливости. [9]

Восстановление самостоятельности и независимости судебной системы в России началось в начале 90-х годов прошлого века. В значительной мере это связано с отказом общества от коммунистической идеологии. Сделано в данном направлении немало, однако в настоящий период лишь с достаточной мерой осторожности можно говорить, что процесс этот идет успешно, а тем более близок к завершению. [8]

Достижения второй судебной реформы, по нашему мнению, ограничиваются, в основном, официальным признанием и законодательным закреплением принципа состязательности во всех видах судопроизводства да улучшением финансирования судебной системы. В тоже время очевидно и другое: механизм сдержек и противовесов в нашей стране (ст. 10 Конституции Российской Федерации) – является во многом декларативным. [10] Однако, такое положение дел не является неожиданным в обществе, которое знало одну лишь форму государственного устройства – пирамиду чиновников, венчаемую практически божеством, за столь короткое время корпус самостоятельных субъектов судебно-властных правоотношений сформироваться просто не мог. Поскольку судебная власть – это, в первую очередь, социальная ценность, а совсем не законы, нашей стране еще предстоит определить ей место в ряду прочих социально значимых институтов общества.

Библиографический список:

 

  1. Алексеев А. Русское государственное право / А. Алексеев. – М.: Изд. АНН СССР, 1946. – С. 108.
  2. Владимирский-Буданов М.Ф. Обзор истории русского права / М.Ф. Владимирский-Буданов. – М.: Норма, 2001. – 752-754 с.
  3. Власов В.И. История судебной власти в России / В.И. Власов – М.: КНОРУС. – С. 124.
  4. Градовский А.М. Начала русского государственного права / А.М. Градовский. – М.: Статут, 2011. – С. 148.
  5. Кожевников М.В. История советского суда. 1917 — 1956 годы. / М.В. Кожевников. – М.: Юрайт, 2011. – С. 3.
  6. Курас Т. Л. Реформирование судебной системы в России: история и современность / Т. Л. Курас // Власть. – 2014. – № 10. – С. 33.
  7. Кутафин O.E. Судебная власть в России: история, документы: В 6 т. / O.E. Кутафин, В.М. Лебедев, Г.Ю. Семигин // Правовая культура. – – №4. – С. 5.
  8. Полевой В.В. К вопросу о реформе органов судебной власти Российской Федерации / В.В. Полевой // Право и политика: теоретические и практические проблемы. – Рязань, 2013. – с. 20-21.
  9. Постановление ВС РСФСР от 24.10.1991 г. № 1801-1 «О Концепции судебной реформы в РСФСР» // Ведомости СНД и ВС РСФСР. – 1991. – № 44. – Ст. 1435.
  10. Сплавская Н.В., Горохова В.И. Перспективы развития правового государства в РФ / Н.В. Сплавская, В.И. Горохова // Государство и право в XXI веке. – 2015. – № 2. – С. 12.